Интервью с Александром Элинсоном

Александр Элинсон, член Экспертного совета по здравоохранению при Комитете Совета Федерации РФ по социальной политике и здравоохранению: «В сфере информатизации здравоохранения нет единого понимания, как должна выглядеть система»

- Как вы оцениваете разработанные и внедряемые в регионах системы информатизации медучреждений?
- Я довольно критически смотрю на эту ситуацию. Потому что, с одной стороны, есть очень много разных систем. С другой стороны, на сегодняшний день я сужу по участникам рынка, по огромному количеству компаний, которые представлены и предлагают разные системы, у каждого есть какие-то свои взгляды, свои видения, и системы зачастую друг с другом не стыкуются, что говорит о том, что нет единого понимания, как должна выглядеть система. В стране накоплен довольно большой опыт и есть довольно большое количество успешных внедрений различных систем в разных регионах страны. И сегодня поступило, на мой взгляд, очень здравое предложение, что нужно объединить усилия по обмену этим опытом, чтобы в итоге создать некое единое понимание, как это должно выглядеть. Сегодняшнее мероприятие может это сделать на уровне лечебного учреждения. Аналогичная ситуация должна присутствовать и на уровне регионального здравоохранения, и на уровне федерального здравоохранения. И когда эти три части соединяются в одну и внутри них не будет никаких противоречий, то, соответственно, можно будет говорить, что у нас абсолютно четко выстроенная система.

- Правительство России выделяет на информатизацию здравоохранения 24 млрд руб. По вашим прогнозам, насколько эффективно будут потрачены эти средства?
- Они запланированы, я так понял, на 2011-2012-й годы. При этом в рамках сегодняшней ситуации они, безусловно, будут потрачены довольно эффективно. Эффективность зависит от того, как в регионах люди будут их реализовывать. Есть регионы более продвинутые, которые на сегодняшний день уже создали какие-то системы, уже получили опыт (как положительный, так и отрицательный), и им эти деньги будут серьезной подпиткой для того, чтобы что-то изменить, где им не хватало ресурсов. Какие-то регионы, у которых такого опыта еще нет, для них это будет первый опыт и понятно, что здесь эффективность будет ниже. Но это в качестве первого шага. Мне кажется, что в профессиональной медицинской среде очень важно сегодня провести большую информационную политику. Участники рынка по-разному принимают а) цели, б) механизмы. Как это планирует реализовываться всем непонятно, все понимают по-разному. Мне кажется, здесь одним из элементов, который был бы крайне полезным, является донесение информации о том, как это будет делаться, что мы хотим получить на выходе от всех участников этого рынка.

- С экономической точки зрения рациональнее закупать медицинскую технику у российских или зарубежных производителей?
- На мой взгляд, однозначно целесообразно закупать технику в России. И мне видится, что здесь вопрос стоит не в том, где ее закупать. Если мы посмотрим на вопрос дальнейшей эксплуатации этой техники, то ответ будет очевиден, где ее надо будет закупать. Сегодня мы все уделяем большое внимание тому, как закупить технику. А что с этой техникой происходит дальше, сколько времени она работает, сколько времени она простаивает, сколько времени она простаивает за счет того, что она недозагружена, где-то не хватает специалистов, где-то она просто сломана. Поэтому, мне кажется, что здесь очень важно говорить об эффективном использовании техники.

Рычагов влияния на отечественные компании всегда гораздо больше, нежели чем на оборудование, которое куплено где-то на Западе. Вопрос сервисного обслуживания, поддержки и сопровождения продукции в течение всей его жизни может быть осуществлен качественно только при закупке у отечественных компаний.

- Какие изменения необходимы на законодательном уровне, чтобы процессы закупки оборудования и его монтажа стали более эффективными?
- С одной стороны, все закупается в рамках 94-го Федерального закона, объявляются конкурсные торги и, безусловно, это прозрачно. С другой стороны, если мы посмотрим даже на такую простую вещь, насколько эффективно это делается, то давайте возьмем простой пример - закупку какого-то тяжелого оборудования. Не будем называть конкретно какого вида. Решили, что закупят такое-то оборудование. Учреждение не может у себя установить это оборудование - для него нужно подготовить специальный кабинет, что занимает какое-то время. До того момента, пока не провели конкурсные торги на закупку оборудования, мы не можем начать ремонт кабинета, не можем начать делать проект. После того, как мы объявили, что у нас есть такой-то победитель конкурса, мы знаем, какой вид оборудования будет поставляться. Начиная с этого момента, мы можем начать готовить помещение. Что это значит? Мы получим от производителя необходимые данные, как надо готовить кабинет, пойдем в проектную организацию, потом проведем конкурс, как сделать проект, кто будет проектировать. Каждая процедура занимает время. Потом сделаем проект, получим проектно-сметную документацию и выясним, что теперь нужно проводить ремонтно-строительные работы. Опять же проведем новый конкурс на поиск подрядчика, который нам поставит эти услуги. В результате на подготовку кабинета уйдет порядка 6-7 месяцев в лучшем случае. Поставщик, как правило, в течение 2-3 месяцев оборудование поставит, оно будет стоять где-то на складах и ждать, пока будет готово помещение для его установки. А в это время будет идти его гарантийный срок.

На сегодняшний день довольно много моментов, которым пока не уделяется большого внимания, но которые требуют комплексного решения вопроса, чтобы мы могли максимально эффективно: а) закупать оборудование; б) его эксплуатировать. Потому что понятие владения техникой сегодня находится несколько сбоку и не находится в фокусе внимания властей.

Октябрь 2010